Беда российских западников и либералов в том, что заграницу они по определению любят больше собственной своей страны. Если перед ними стоит выбор – кому маршировать по Красной площади: частям НАТО или дивизии Дзержинского, эти люди, не задумываясь, выберут НАТО. В борьбе с кремлевским режимом они готовы использовать любые средства и объединяться с кем угодно, потому что обратного пути у них попросту нет.

Юрий Никитин нашел весьма нестандартный ход построения главной интриги сюжета. Его главный герой, профессор Борис Борисович Зброяр – лидер маленькой националистической партии «РНИ» - «Русская национальная идея». Он убежден, что во всех партиях, как и в движениях и сектах, самые невежественные – обязательно самые целеустремленные и фанатичные. И формирует ядро партии из хорошо образованных людей. Так называемый «простой» народ периодически науськивают на «экстремистов, стремящихся столкнуть Россию в пропасть», на шовинистов, националистов и вообще гадов.

Только в антисемитизме таких экстремистов не обвиняют, ибо в глазах этого самого простого такое звучит не как обвинение, а как похвала. Это словцо приберегают для обработки «интеллигенции», той, которой покажи пальцем и скажи «антисемит», тут же начнут шарахаться, даже не удосуживаясь проверить, так ли это, ведь проверяющий уже сам по себе начинает выглядеть подозрительно. Таким обвинениям, с точки зрения вечно трусливо-озлобленного русского интеллигента, безопаснее верить слепо и так же слепо подчиняться вбитым в пустые черепа рефлексам.

Больше всего недовольных положением русских в России, но меньше всего тех, кто за улучшение этого положения готов прищемить себе хотя бы мизинчик. Ведь это курды обливаются бензином и жгут себя на площадях, чеченцы ведут на таран груженые динамитом автомобили, палестинцы с поясами шахидов проникают в толпу противника, ирландцы ведут вооруженную борьбу с англичанами, а баски – с испанцами, хотя, с нашей точки зрения, чего им делить, а вот русские стонут, вопят, жалуются, обвиняют, но всем хочется, чтобы кто-то другой за них все сделал, а им счастливую и сытную жизнь преподнес на блюдечке.

Вот сведения с сайта Российского статистического центра. Армян в России три с половиной миллиона, из них в Краснодарском крае – девятьсот тысяч, а в Москве и Московской области - два миллиона сто тысяч… Каково? А сколько народу в самой Армении, знаете?.. Идем дальше… народов Дагестана в Москве и Московской области – два с четвертью миллиона, а в самом Дагестане – всего миллион. Круто?.. Азербайджанцев в России живет четыре миллиона, из них три – в Москве! Кабардинцы – шестьсот восемьдесят тысяч в России, а в самой Кабардино-Балкарии – двести пятьдесят тысяч! С осетинами та же картина: шестьсот семьдесят тысяч переселилось в Россию, а в самой Северной Осетии осталось только сто девяносто тысяч человек! Ингушей в России – триста восемьдесят три тысячи, а в самой Ингушетии - сто двадцать тысяч человек! Да и то – надолго ли?

Но национализ Зброяра какой-то неубедительный. Я далек от того, чтобы отождествлять автора и его литературного героя. Но уж очень убогие взгляды у лидера русофильской партии. Вот его рассуждения о религии: "Ислам опередил Европу и Штаты в очень важном вопросе, опередил на полторы тысячи лет, заявив в Коране, что все люди равны перед Аллахом, невзирая на положение в обществе, происхождение, цвет кожи! Можно сказать, что осуждение расизма впервые прозвучало именно в Коране.

Кстати, все мусульмане больше тысячи лет были просто мусульманами, и только с появлением партии младотюрков, основанной Ататюрком, которого признал и поддержал Ленин, началось разделение мусульман на арабов, таджиков, азербайджанцев, пакистанцев, сирийцев, египтян... А так - мусульмане это то же самое, чем были "советские люди" и чем остаются пока что "американцы". Непохоже это на классические рассуждения националиста.

Настолько же запутаны взгляды Бориа Борисовича Зброяра на еврейский вопрос. Он утверждает, что эллинская культура, которую пронес по миру Александр Македонский на своих мечах и копьях, очаровала многих и в Израиле. Большая часть местных жителей того времени отказалась от своей веры и обычаев, приняла с восторгом греческие. Эти новообращенные настроили греческих храмов, а в своем старом иудейском встащили свинью на алтарь, зарезали, сварили и съели в знак того, что отказываются от устаревших догм и принимают законы более высокой цивилизации. Их называли эллинствующие И когда вспыхнуло патриотическое восстание Маккавеев, то эллинствующие на стороне греков сражались против "устаревших" выслеживали их, выдавали. Так вот, эллинствующие как раз и сейчас на виду, именно их считают евреями, хотя многие из неевреев, зная о существовании "настоящих", этих именуют жидами и стараются как-то их ограничить в горлохватстве. Как - рецептов много, от увещевательных до окончательных. Но если это начиналось в Германии, Польше и частично Советском Союзе, то сейчас евреев, то есть эллинствующих, начинают оттеснять от постов во всем мире, очень уж те на виду с их нахрапистостью.

В то же время самый лютый антисемит клянется в любви к Израилю и готов защищать страну, где евреи - подумать только! - сами пашут, сеют, забивают гвозди, доят коров, убирают навоз, подметают улицы... Однако же, положа руку на сердце, признаемся, что хотя симпатия к трудолюбивым евреям, которые в далеком Израиле работают в поте лица, вполне искренняя, таких уважают даже антисемиты, - всё же именно предатели своей веры, языка и древней культуры чаще всего и толкают колесики эллинской, или яфетической, цивилизации, обеспечивают смазку шестеренок, держат на себе финансовые структуры во всех странах, обеспечивают нас информацией, в том числе и о том, какие они все сволочи; терпеливо втюхивают идеалы доброты и гуманности, терпимости, вплоть до бесящей всех нормальных людей политкорректности, от которой "настоящие евреи" переворачиваются в гробах, а те, кто сейчас воюет в Израиле, призывают побросать гомосеков и скотоложников в геену огненную.

Кроме формулы "Слава России", остальные высказывания литературного героя Юрия Никитина русским польстить не могут. Он обвиняет русских в повальном пьянстве, косорукости, отсутствии воспитания (повальное бытовое хамство). А самое главное - в том, что всё вокруг загажено. Дети размалевывают стены матерной бранью, рисуют непристойные картинки, ломают телефонные будки, гадят в лифтах. Просто так. Чтобы было нагажено. Чтобы жильцы или гости вошли в такой лифт и вляпались. Или хотя бы вынуждены были терпеть вонь, пока медлительный лифт ползет на нужный этаж. И ужасались при мысли, что лифт застрянет. На газонах битых бутылок уже больше, чем травы...

Нет эффективного механизма, чтобы заставить платить штрафы. Вот и не платят. И Зброяр глубоко убежден, что всё в России пущено на самотек, и изменить что-либо своими силами русские никогда не смогут. Вот такого не совсем стандартного националиста изобразил Юрий Никитин. И вот этот партийный лидер приходит к парадоксальной мысли: «В соревновании двух систем победили Штаты. Их модель развития оказалась намного эффективнее, как бы нас не раздражали их крикливые клоуны, неумеренный либерализм, засилье шоуменов. Мы можем либо продолжать сопротивляться, не признавая поражения, хотя это совсем по-детски, либо честно признать их правоту, принести вассальную присягу, как делали все побежденные рыцари, и встать под знамя победителя. То есть влиться в его войско и вместе с ним идти к прогрессу».

Еще Карамзин сказал, что патриотизм не должен ослеплять нас; любовь к Отечеству есть действие ясного рассудка, а не слепая страсть. Можно возразить, мол, почему вы решили, что спившийся народ кому-то нужен? По мнению главного героя книги - плюсы перевешивают: "Русские – белая раса, способная к наукам, в то время как негры и латиносы только в спорте что-то могут, а с мозгами у них туго, но главное в том, что США и Россия встанут единой стеной против наступления азиатов. А о «русскости» придется забыть все равно. В любом случае. Мир стремительно катится к глобализации, объединению и доминированию одного языка на всей планете. Раз уж не удается единственным языком сделать русский, то пусть лучше им будет английский, чем… китайский! Я предпочитаю видеть в России церкви, чем пагоды или буддийские храмы».

Не знаю, как Юрий Никитин, но его главный герой (на мой взгляд) явно заблуждается насчет творческого потенциала Америки и Китая. И, если бы такой выбор всерьез встал передо мной, то я бы выбрал в свои сюзерены Китай. Как-то он мне ближе и интересней. Философские воззрения сегодняшней Америки и Европы поражают тем, что понятие прогресса воспринимается большинством «западных» людей исключительно в том же смысле, что и буквальный перевод этого слова – «шаги, ведущие дальше». Шаги, уводящие неизвестно куда. Поступательное прямолинейное движение. И это считается благом. Новое лучше старого! Новая шуба теплее изношенной, лопнувшей по швам.

Но стихотворение не изнашивается от частого чтения. Философия не стареет. Для Китая (и Конфуция) ближе идея цикличности, круговорота. И очень трудно втолковать европейцам, что «изменение» не обязательно означает «улучшение». Между тем достаточно лишь обратиться к законам математики. Если подбросить монету, то шансы на то, упадет она той стороной или этой, будут равны. Если изменить что-либо – будь то в частной жизни или в государственных законах, - то и тут шансы равные, окажется ли новое лучше старого или хуже.

Но самая большая ошибка людей Запада – изменяют они только окружающую среду, но не самих себя! В древнем Китае мудрецы учили, что хороша только та политическая система, которая рассчитана на плохих людей. Но больше всего поражает болезненное восприятие людьми Запада любых изменений государственных территорий. Политики умеют мыслить только с картой страны в руках. Они готовы стерпеть все – обесценивание денег, бегство жителей из страны, упадок ремесла и торговли, отупение народа и опошление культуры, - лишь бы карта осталась неизменной. Государство кажется им неким нерасчленимым организмом, и если у него отнимут хотя бы одну провинцию или даже деревню, то поднимают такой крик, как будто у них отняли ногу или руку. Для большинства населения в реальности меняется только тот адрес, куда они высылают свои налоги.

Но у героя Никитина свой взгляд на происходящее…И вот партия националистов, (тех людей, которые действительно жаждут блага России и счастья ее населению) разворачивает пропаганду за полное присоединение России к Штатам! Сначала люди были огорошены этой дикой идеей, которая казалась невероятной, немыслимой… А потом вдруг поверили, что это осуществимо. И, что самое главное, никакого предательства российских интересов не произойдет. Просто человек, патриот своей улицы, на каком-то отрезке развития понимает, что и соседняя улица, с ребятами которой он враждовал в детстве, тоже его улица. И не будет никакого предательства, если переедет жить в другой район города. Это очень важно, чтобы люди не чувствовали себя предателями!..

Есть необходимость примкнуть к одной из двух сверхсил: западного мира или Китая. Умные правители не советуются с народом, а делают то, что для него нужно. Если с «народом» в самом деле советоваться, то нет более надежного пути направить страну в пропасть. Вот какая штука, я и сам понимаю, что если исключить возможность полного уничтожения человечества в самоубийственной Большой войне, то действительно наши пра-пра-пра...внуки будут говорить на едином для всей Земли языке. И вряд ли этим языком будет русский.

Забавна авторская идея ещё и тем, что мне лично было бы очень интересно посмотреть на реакцию нынешних критиков России, если бы они завтра утром обнаружили, что Россия - один из штатов США!!! Понимаю всю утопичность самой концепции такого развития событий, но мне от рождения близка идея объединения и взаимопомощи людей. Во всяком случае - это гораздо более симпатичная идеология, чем мечтания националистов об уничтожении всех людей с "не таким, как надо" цветом кожи, или с "не таким" акцентом ("не таким" носом, "не таким" цветом глаз) et cetera...

Довольно большой объем книги вызван тем, что автор старается длинными монологами убедить читателя в том, что присоединение России к "светочу демократии" - это не предательство самого русского народа и всех наших предков, а логическое следствие развития человечества. Именно благодаря этой идее Борис Борисович Зброяр побеждает на президенских выборах в России и тут же переходит к слиянию с США. И, хоть одной из финальных фраз главного героя книги является вопрос: - "Кстати, по какой системе в Штатах выбирают президента?", но общее впечатление от книги никакого оптимизма не внушает. А от авторской позиции явственно пахнет гниловатым душком. Тот же самый финал истории России (переход под власть США) у Беркема аль Атоми выглядит гораздо убедительней. Да и пишет Беркем несравненно лучше.

Эту книгу я взял по ошибке – думал, что автором является уважаемый мной тележурналист. Но это был не Владимир Рудольфович, а Владимир Исаакович – автор «Записок скорпиона», «Плачущего человека» и еще полутора десятка подобных книг. В предисловии он себя позиционирует, прежде всего, как литературного критика, а потом уже «кандидат наук, член Союза писателей, Всероссийского театрального общества и проч.».

Эта книга – ярчайший пример пустословия. Главная линия, на которую нанизаны словесные выделения автора, – соперничество двух поэтов: Иосифа Бродского и Александра Кушнера. Уже на первых страницах начинаешь понимать, что автор обладает очень специфическим складом ума, который позволяет ему писать: «Эмма Бовари – это я! И Анна Каренина – тоже.

Не знаю, прыгал ли Лев Николаевич под паровоз, но то, что он раскидывал ноги перед Вронским, будучи в то же время им и ревнуя к нему (все-таки не он!), - несомненно». Характеристика Натальи Гончаровой (жены А.С. Пушкина) предельно лаконична – «слаба на передок». Сразу становится ясно, что главной целью автора является эпатаж и скандал вокруг своего имени. Автор с гордостью рассказывает о сплоченном сообществе друзей в зимнем Доме творчества в Комарове. Они спаяны личным и идейным единством. В этот круг редко кого и редко когда приглашают. Соседи (писатели-побратимы), тайно завидуют и почитают за честь, если его когда-либо пригласят на вечерние посиделки. Но единство это мнимое, общность – фиктивная. Все уже надоели друг другу и втайне друг другу завидуют – тот получил квартиру, а этот еще нет; у того вот-вот выходит книжка, а у этого отложили. Зависть и злоба за фасадом тесной дружбы и взаимной любви. Некий клубок друзей-приятелей…

Говоря о своих знакомых, Соловьев убежден – лишенные государством прочих своих «мужских» прав, они все свои силы бросили на секс, надеясь хоть тут утвердить пошатнувшееся свое мужское достоинство, а заодно и самолюбие. Судить об этом можно по той характеристике, которую автор дает Лидии Яковлевне Гинзбург (матушке писателя Василия Аксенова) – «старая толстая еврейка, когда-то красивая, сейчас – бесформенная, до сих пор страстная лесбиянка, и ее любовные конфликты с домработницей – сюжет для небольшого рассказа». Вместе с тем – именно она была подпольным вождем литературного Ленинграда в середине 70-х годов прошлого столетия. Самые теплые слова в ее адрес: «мелкий бес крупных габаритов». И эта женщина берет под свое покровительство молодого поэта Александра Кушнера.

А вот молодой Иосиф Бродский этим окололитературным «бомондом» был отвергнут. Отвергнут из-за несговорчивости, неуступчивости, бескомпромиссности. К тому же были в нем независимость, высокомерие и ораторский гипноз, необходимые, чтобы увлечь слушателя. Тут автор сравнивает Бродского с теми евреями, которые сводили с ума толпы солдат, матросов, крестьян, рабочих на революционных митингах, заряжая слушателей прожектерским своим пафосом и утопическими проектами.

Владимир Исаакович пишет, что если бы не он, то Кушнер (которого Вл. Соловьев именует не иначе как «Сашей») на всесоюзную арену так быстро бы не вышел. В другом месте Владимир Исаакович рассказывает о своих контактах с сотрудниками КГБ. Здесь он исходит из своего глубокого убеждения, что спокойнее иметь дело с государством, – безопаснее, чем с народом: «народ бы давно нас, интеллигентов, растерзал, остались бы одни рожки да ножки, народу нашему не впервые уничтожать свою интеллектуальную элиту, а наше полицейское государство – своеобразный заслон, наша защита и спасает нас от народного самосуда, присваивая себе прерогативу расправ и погромов, регулируя и смягчая наше уничтожение…»

Вот автор и встал, вместе со своим тогдашним другом - Сашей Кушнером, на сторону государства. Потом Кушнер укрепился в своей позиции, а Соловьев стал от нее уклоняться. Друзья расходятся всё дальше. Соловьев с удовольствием цитирует Бориса Слуцкого, который говорил: «Зачем нам ваш Скушнер, когда у нас уже есть Давид Самойлов».

Тут возникает очередной парадокс в авторских рассуждениях. Он уверяет своих читателей, что русские виноваты во всех бедах, которые принесла с собой советская власть в Россию. Даже русский язык (родной для автора) вызывает его гневную филиппику:

Язык – родина? Язык – связь? Панацея, надежда, утешение в слезах? А что мне позволено на нем говорить? С чем он меня связывает – с бесправием, с рабством, с раболепием? Язык – не связь, но узы, оковы, кандалы. Я ненавижу этот язык – если что-нибудь на нем можно произнести, то только украдкой, втихаря, шепотом, когда не слышен собственный голос. Либо – мат: последнее наше прибежище и убежище. Хотя скоро и этого будет нельзя, ничего нельзя – язык стал моделью нашего сознания и нашего общежития. Если мы лжем ежедневно, то и он весь изолгался. Если мы ходим на деловые свидания в КГБ, то и он вместе с нами. Как и мы, он застыл в немом величии, скрывая под ним малодушие и безволие. Он стал ханжей и трусом, как и все мы. Он хлебнул нашей общей несвободы и перестал быть свободным. Это и есть отпадение от языка, отлучение от истории, онемение, атрофия, смерть.

Тут меня удивляет только то, что во всех перегибах советской власти обвиняют русских. Ведь ни для кого не является секретом национальный состав руководителей Октябрьского переворота и первого правительства. Да и марксистскую теорию отнюдь не русский разрабатывал. И в самое кровавое время ЧК и НКВД возглавляли Дзержинский и Ягода. Так почему же обвинения звучат в сторону русских, а самыми обиженными опять являются диссиденты, удобно устраивающиеся далеко за рубежами России?

Вот писатель и политолог Владимир Исаакович Соловьев (ныне живущий в Нью-Йорке) раздает свои беспощадные оценки творчеству Кушнера и Бродского. А для меня всё равно остаются дороги ранние стихи А. Кушнера и множество стихов Иосифа Бродского. Какими бы неудобными (и не всегда порядочными) людьми они бы ни могли показаться своим соседям и «друзьям», но их безусловный талант и неординарное творчество перевешивает.

Сам Владимир Исаакович пленку не преодолел, хоть и установил ее предельно низко. Теперь он грозится опубликовать книгу с броским названием «Жидовская исповедь», где декларирует своё чувство гордости тем, что он принадлежит к еврейской нации. Под словом «жид» автор понимает любого человека, бегущего к свободе (по западному образцу, разумеется). Ощущение «жида» - как оскорбленного, униженного, затравленного. Слово «жид» тут менее всего этническая характеристика. И тут же авторское заявление, что «жид звучит куда более гордо, чем человек». Жидовство, как свободный выбор. Если хотите, избранность. И это – слова самого писателя.

Вообще-то, гордится своей национальностью крайне глупо. Тут нет никакой твоей личной заслуги, в том, что ты родился чукчей, англичанином, турком, арабом, евреем, негром или русским. Вспышки национальной гордости являются своеобразной реакцией на унижение твоего народа. Так немцы, после проигрыша в Первой мировой войне, очень легко купились на пропаганду нацизма – уж очень она льстила народу Германии. И сейчас в России множатся всякие группы славянофилов, родолюбов, поклонников Сварога, Велеса, Семаргла и Мокоши (о реальном культе которых остались очень короткие и недостоверные сведения).

Только странно получается, – когда звучит критика России и русских – это воспринимается достаточно спокойно. Но стоит прозвучать хоть намеку на критический анализ любых воззрений, связанных с евреями, так сразу такому оратору приходится «массу постороннего кала скушать» (Салтыков-Щедрин). Ну нельзя же любое слово критики, любую попытку разобраться в происходящем, сразу же клеймить юдофобством и антисемитизмом. Думающий человек сумеет самостоятельно оценить подобные игры на национальных чувствах, а тем, кто полагается на чужое авторитетное мнение, бесполезно приводить любые аргументы – у них уже есть собственная железобетонная точка зрения. И их с неё не столкнуть.

Личность автора придает всей книге особый колорит. Под псевдонимом «Сергей Донской» скрывается полковник военной разведки в отставке. Этот человек неоднократно бывал в «горячих точках» (этим эвфемизмом заменяют более ясную формулировку «район боевых действий»). Много лет, под видом коммерсанта, работал во многих странах мира. За тридцать лет службы ему приходилось попадать в плен к противнику и удачно бежать из плена. У него несколько ранений. Конечно же, он был награжден орденами и медалями (среди которых – орден Мужества). Великолепно владеет несколькими видами восточных боевых искусств. Имеет черный пояс по карате. Свободно разговаривает на семи языках.Для тех, кто не знает, цитирую негласный девиз внешней разведки: «Не верь, не бойся, не прощай».

Действие книги разворачивается в Сенегале, где ЦРУ пытается противодействовать важной сделке по продаже российского оружия. Зная историю освоения Зеленого Мыса, эти места невозможно назвать райскими (несмотря на внешнюю красоту). Долгое время здесь находились колониальные владения Франции. На месте нынешнего Дакара они, в первую очередь, воздвигли католическую церковь, где приобщали туземцев к христианству. А следом соорудили морской порт, откуда этих туземцев отправляли в просвещенную Европу и свободолюбивую Америку. В качестве рабов.

Всего из Дакара было вывезено около двух миллионов рабов. А восемь миллионов человек умерли по пути от эпидемий, голода, жажды, тесноты и духоты. Разумеется, западные правдолюбцы об этом ни гугу, как помалкивают они о десяти миллионах истребленных американских индейцев. Поминать ужасы большевизма и сталинских репрессий удобнее. Обвинять россиян в дикости привычнее. На Западе все белые и пушистые, а в России – кровавым прошлым по уши замараны.

Бедных чеченских боевиков трогать не моги, а мирных иракцев десятками тысяч уничтожать точечными бомбардировками – это демократично, гуманно и правильно. До того всё это подло, что даже несправедливостью не назовешь. Для противодействия американским спецслужбам в Сенегал направляют агента внешней разведки России с паспортом на имя Нолина. Стремительное действие сюжета приводит читателя к совершенно неожиданному финалу.

Это очень мужская книга. Действие происходит в очень близком будущем. Продажные политиканы, прикрываясь либеральными лозунгами, продают Россию. Они позволяют ввести натовские войска для контроля над ядерными объектами. На этом фоне разворачивается новая робинзонада «Ахмета» - Ахметзянова (главного героя этой книги).

К неописуемому огорчению всех врагов России, запас ее прочности достаточно велик. И все бы хорошо, если бы не либеральные ценности, среди которых на первом месте неотъемлемое право каждого предприимчивого индивидуума обогащаться за счет общества. Навязывая России принцип непротивления капиталу, вопя о свободе предпринимательства и поощряя российских казнокрадов, Соединенные Штаты возрождают экономический хаос.

Конечно, нельзя сравнивать Соединенные Штаты Америки и Третий рейх. У Гитлера не было атомного оружия, и он очень зависел от иностранного капитала. Америка находится в несравнимо более выгодном положении. Сатана всегда рядится в белые одежды и стремится предстать в выгодном свете, с пальмовой ветвью в руке. Он не пугает, он очаровывает. И щедро разбрасывает деньги. Не будем забывать того, что за последние шестьдесят лет американские вооруженные силы свыше четырехсот раз вели боевые действия за рубежом.

По данным «The Association for Responsible Dissent», уже к 1987 году на счету ЦРУ было 6 миллионов жизней иностранных граждан. И 20 000 тайных операций с применением оружия. И 20 свергнутых правительств. И потрачено свыше 150 миллиардов долларов на поставку вооружений в зоны этнических конфликтов.

Исчезла с географических карт Югославия, Афганистан лежит в развалинах, превращаясь в сплошную плантацию конопли и опиумного мака. Не кроется ли ошибка в призыве «Боже, храни Америку»? Может быть стоило бы вставить в слово «храни» букву «о»? Но в первой книге Беркема аль Атоми его главному герою приходится гораздо чаще отстаивать свою жизнь в кровавых стычках с бывшими соседями и соотечественниками, чем с оккупировавшими Урал «хозяевами».

Автор щедрыми и сочными мазками рисует картину всеобщего одичания в мире насилия. И даёт универсальный рецепт выживания в экстремальных обстоятельствах. Автор настолько достоверно описывает ситуацию, что читатель полностью погружается в ту реальность, которую так ярко изобразил Беркем аль Атоми на примере уральского ЗАТО (закрытого администранивно-территориального образования) «Тридцатки». Могу сказать, что это наиболее удачная книга российского автора в жанре «экшн» за последние четверть века.